Архитектура будущего
Архитектура будущего

Глава 5. Соборное хозяйствование: общество без денег

Оглавление

Представим общество, в котором человек больше не вынужден зарабатывать право на хлеб, жильё или лечение. Он трудится не ради того, чтобы купить необходимое, а потому, что его труд нужен другим. И другие люди, в свою очередь, трудятся ради него. Такое общество невозможно создать одним постановлением об отмене денег. Его начало — изменение самого человека, его отношения к ближнему, собственности и труду.

В основе предлагаемого устройства лежит православное понимание любви как деятельного служения. Человек перестаёт рассматривать другого как средство собственного благополучия. Земледелец выращивает хлеб, потому что людям нужен хлеб. Строитель возводит дома, потому что людям необходимо жильё. Врач помогает больному, потому что больной нуждается в помощи. Каждый приносит то, на что способен, и каждый получает необходимое для жизни. Такой порядок мы называем соборным хозяйствованием.

Речь идёт о возможной форме православного теократического государства, в котором Церковь является духовно-нравственным основанием общественного устройства, а хозяйственная деятельность подчинена служению человеку. Слово «теократия» помогает обозначить характер предлагаемой модели, но не означает, что всякая историческая теократия была устроена именно так. Мы рассматриваем особый вариант, опирающийся на соборность, ответственность и евангельскую любовь. Гражданское устройство не следует принимать за церковный догмат.

Человек — начало хозяйственного плана

Современное хозяйство часто начинает свой расчёт с дохода, цены, спроса, окупаемости. В соборном хозяйствовании исходным вопросом становится другой: что необходимо людям для достойной жизни и чего им сегодня недостаёт? Пища, одежда, жильё, лечение, образование и средства для труда не должны зависеть от личного денежного достатка. Обязанность государства — организовать такое обеспечение, чтобы помощь достигала не абстрактной группы населения, а каждого конкретного человека.

Потребности людей различны. Одному требуется особое питание по состоянию здоровья, другому — дополнительная одежда или приспособления для повседневной жизни, третьему — помощь в домашнем хозяйстве. Равная забота не означает одинакового набора вещей для всех. Она означает внимательное отношение к действительной нужде каждого. При этом нуждающийся не должен унижаться, доказывая право на необходимое, а ответственный за обеспечение не должен превращать свою должность во власть над чужой жизнью.

Можно представить общие столовые, которые освобождают человека от ежедневной необходимости самостоятельно готовить пищу и обеспечивают полноценное питание. Для тех, кому по медицинским причинам нужен особый рацион, питание должно подбираться отдельно. Пункты обеспечения одеждой и предметами быта предоставляют необходимое по запросу и реальной потребности. Это лишь возможные формы организации жизни; их задача не подчинить человека системе, а избавить его от лишних забот и поддержать здоровье.

Человек, окончивший обучение и вступающий в профессиональную жизнь, не должен оказываться перед выбором между полезным трудом и борьбой за элементарное существование. Общество должно помогать ему найти дело по способностям, обеспечить жильём и всем необходимым. То же относится к человеку, живущему одному, к пожилому, к больному и к тому, кто не может трудиться. Семейное положение не должно определять меру заботы о нём.

Выпускник, приехавший туда, где нужны его знания, должен получить жильё и необходимое для жизни. Приступая к делу, он знает, что дом построен чьими-то руками, хлеб выращен чужим трудом, а теперь и от его добросовестности зависит жизнь других людей.

Личное и общее

Общность хозяйства не означает исчезновения личной жизни. Книги, одежда, домашние вещи, предметы молитвы, всё необходимое в жилище человека остаётся в его личном пользовании. Дом, квартира или иная форма жилья должны быть местом его спокойной жизни, а не пространством произвольного вмешательства распорядителей. Формы пользования землёй, жильём и отдельными средствами передвижения могут различаться и требуют дальнейшего продумывания.

Иное дело — предприятия, крупный транспорт, инфраструктура, производственные мощности и ресурсы, от которых зависит жизнь общества. В предлагаемой церковно-государственной системе они служат общему благу, а не личному обогащению владельцев. Руководитель не становится собственником общего труда лишь потому, что ему доверено управление.

От потребности — к производству

Чтобы человек получил необходимое, недостаточно провозгласить добрую цель. Нужно знать, сколько людей нуждаются в определённых благах, что уже имеется, что необходимо произвести и какие ресурсы для этого потребуются. Поэтому важнейшей частью такого государства может стать Министерство статистики и планирования — название условное, но назначение ясно: связывать реальные потребности людей с возможностями хозяйства.

Запросы поступают от людей и местных служб. На их основе складывается общая картина: где не хватает жилья, где требуется больница, сколько необходимо продовольствия, какие дороги следует построить, какие материалы и специалисты понадобятся. Затем отрасли согласуют между собой производство, поставки, строительство, обучение кадров и сроки. Чтобы проложить дорогу, недостаточно направить дорожных рабочих: нужны проект, техника, материалы, энергия, временное размещение и питание людей. Всё это части одного общего дела.

План может охватывать пять лет, но пятилетие не является пределом мысли. Одни задачи решаются за месяцы, другие требуют десятилетий: восстановление природы, создание новых технологий, строительство сложной инфраструктуры. Долгосрочные цели должны сочетаться с текущими планами, а сами планы — постоянно уточняться по реальным обстоятельствам. Необходимы также запасы на случай бедствий, неурожая и помощи людям за пределами собственного общества.

Деньги не нужны как посредник между человеком и жизненно необходимыми благами. Но исчезновение денежных расчётов не отменяет самого труда, времени, материалов, энергии и ограниченности ресурсов. Общество обязано понимать, сколько имеется зерна, лекарств, машин и специалистов, чтобы не обещать того, чего ещё не произведено. Такой учёт — не торговля и не скрытая зарплата; это ответственность за то, чтобы никто не остался забытым.

Техника, которой не нужно продавать себя

Когда целью производства становится не прибыль от очередной продажи, а благо человека, меняется и отношение к качеству вещей. Изделие должно служить долго, быть надёжным, безопасным и по возможности ремонтопригодным. Нет нравственного смысла намеренно делать вещь недолговечной ради того, чтобы вскоре изготовить и выдать новую. Ресурсы природы и человеческий труд слишком ценны для подобного расточительства.

Это не означает, что любое новое изобретение необходимо внедрять немедленно. Технический прогресс должен оцениваться по его действительной пользе: облегчает ли он тяжёлый и опасный труд, помогает ли больным, сохраняет ли природу, даёт ли возможность больше помогать другим? Духовно возрастающее общество сможет иначе поставить вопрос о мере необходимого. Возможно, часть физического труда оно сохранит сознательно — не из технической отсталости, а потому, что труд способен воспитывать ответственность и внимание к ближнему. Какие именно технологии окажутся нужны будущим поколениям, решать им самим.

Любовь требует не только намерения, но и ответственности

Даже самая добрая система не создаст отсутствующего лекарства и не соберёт урожай вместо земледельца. Бывают аварии, ошибки планирования, нехватка материалов, стихийные бедствия. Поэтому необходимо не скрывать трудности, а заранее предусматривать резервы, помощь соседним общинам и возможность исправления решений. Если нужда человека не удовлетворена, это должно становиться предметом внимания ответственных лиц, а не его личной бедой.

А вот пожилой человек живёт один и уже не в силах трудиться, как прежде. Ему не нужно доказывать, что он заслужил пищу, лечение и заботу, или просить милостыню у соседей. Он получает необходимое потому, что остаётся человеком, ближним для всех. Если ему трудно дойти до столовой или пункта выдачи одежды, помощь должна прийти к нему. В этом простом обстоятельстве проверяется подлинный смысл хозяйственного устройства: способно ли оно увидеть того, кто не может громко заявить о своей нужде и ничего не может предложить взамен.

История первых христиан показывает не только общность благ, но и необходимость заботиться о справедливом распределении. В Деяниях апостолов говорится, что при ежедневном служении некоторые вдовы оказались обойдены вниманием (Деян. 6:1–6). Эта история не даёт готового государственного хозяйственного устава. Но она напоминает: даже там, где люди стремятся к добру, без внимания и ответственности можно не заметить нуждающегося.

Соборное хозяйствование нельзя свести ни к складам, ни к министерствам, ни к планам. Все они лишь средства. Его смысл — человек, который любит ближнего не на словах, и общество, которое превращает эту любовь в повседневную заботу. Государство здесь не заменяет личного милосердия; оно создаёт условия, при которых никто не должен оставаться без необходимого, а у каждого появляется больше возможностей трудиться, помогать и духовно возрастать.

Переход к такому устройству требует отдельного разговора. Пока же перед нами хозяйство, мерой успеха которого становится способность заботиться о каждом, особенно о том, кто сам о себе позаботиться не может. Этой цели должен соответствовать и порядок повседневного труда.